Новости Дела и судьбы РосЛаг Манифесты Портреты Публикации Контакты
Главная / Публикации / 2012 / Сентябрь Поиск:
8 Сентября 2012

Арест Л.Ковязина, или кончины свободной прессы

Россия остаётся одной из самых опасных для журналистов стран в мире. Сегодня тихий, провинциальный Киров внёс свою лепту в политику запугивания свободной прессы.

Внештатный корреспондент «Вятского наблюдателя» Леонид Ковязин арестован, в его доме проведён обыск, журналисту предъявлены обвинения по ст.212 УК «Массовые беспорядки». Человек, снимавший по заданию редакции митинг на Болотной площади, оказался в числе тех немногих, кого лучшие следователи Москвы решили привлечь к ответственности спустя 4 месяца после нашумевшей акции.

Не нужно быть опытным физиогномистом, чтобы, увидев Леонида Ковязина, понять — этот человек не способен с перекошенной гримасой биться с ОМОНом, срывать с полицейских амуницию и швырять в них куски асфальта. Он всего лишь журналист, оператор, который видит свой гражданский долг в освещении таких неприятных для властей событий, как многотысячные митинги оппозиции.

С первых задержаний я удивлялся отсутствию в списке репрессированных представителей СМИ, потому как это обстоятельство противоречило всей логике государственной политики команды Путина. Уже давно слежу за действиями государства, направленными на изживание остатков свободы слова, так полюбившейся нам со времён перестройки. «Газетами сыт не будешь», — рассуждают теперь бывшие поклонники гласности. Все последние годы россияне легко соглашались с отданием на заклание журналистов, которые по старинке пытались на передовой сражаться против коррупции, социальной несправедливости, свёртывания демократии.

Приведу несколько примеров, чтобы пояснить, почему прикосновение к биотуалету, что вскоре опрокинули протестующие активисты (так представители правоохранительных органов объяснили причины задержания коллеге Ковязина Юлии Шевцовой) — «тяжкое преступление».

В 2007г. Алексей Кунгуров, главный редактор газеты «Вольный город» г.Ноябрьска Тюменской области был арестован по обвинению в клевете на 6 месяцев. Истцом по делу выступал югорский олигарх Петерман. Впоследствии по данному случаю Генпрокуратура в УФО признала грубое нарушение законности. Может быть, перед Кунгуровым даже извинились. Как вы думаете, насколько легче будет Ковязину, если его отпустят из СИЗО через полгода, признав ошибку?

В 2004г. сотрудник газеты «Мордовия сегодня» А.Ерёмкин был осуждён за хранение взрывчатых веществ на два года колонии, как раз после публикации о главе республики «Меркушкин должен уйти в отставку».

Анатолий Сардаев, учредитель и главный редактор той же самой мордовской газеты, в 2007 осужден к 5,5 годам лишения свободы за присвоение и растрату имущества предприятия, главой которого он являлся. Издание Сардаева продолжало уделять большое внимание деятельности Н.Меркушкина, иски которого к газете составили 3 миллиона рублей. В период подготовки номера, где должен был быть опубликован перечень промышленных предприятий, принадлежащих членам его семьи, и госучреждений, которыми они руководят, Сардаев был арестован.

В 2008г. Айгуль Махмутова была приговорена к 5,5 годам лишения свободы по обвинениям в унижении чести и достоинства другого лица; мошенничестве; применении насилия в отношении работника власти и в вымогательстве. Набор деяний достоин Соньки Золотой Ручки, бабушки российского криминала. Однако как-то не вяжется с образом королевы преступного мира миниатюрная близорукая девушка 22-х лет, работавшая шеф-редактором московской районной газеты «Судьба Кузьминок». Чтобы представить её в роли преступницы, наносящей увечья сотрудникам милиции, совершающей наезд автомобилем на конкурента по бизнесу, нужна фантазия, по крайней мере, автора триллера. А вот преследование по прозаичным мотивам за общественную деятельность – факт вполне вероятный, хотя непроверенный и недоказанный. Махмутовой удалось добиться отмены распоряжения о строительстве многоэтажного гаражного комплекса на месте детской площадки, после чего вдруг стала открываться её неуемная склонность к противоправной деятельности.

В 2008 журналист Сергей Рожков признан виновным в применении насилия в отношении представителя власти и осужден к 3 годам лишения свободы. Гражданский активист организовывал митинги против объединения Туапсе и Туапсинского района, считая такую инициативу властей лоббированием интересов крупного бизнеса, а результаты проведенного референдума сфальсифицированными. Накануне проведения очередного митинга, по версии правоохранительных органов, Рожков был задержан за «мелкое хулиганство, неуважение к обществу, сквернословие и сопротивление сотрудникам милиции». По версии нарушителя, задержали его в гостях у родственников, надели наручники, избили и, затолкав в багажник автомобиля, доставили в отделение. Выпущенный через три дня ареста Рожков обратился в травматологию, где ему был поставлен диагноз: сотрясение мозга, гематома голени, ушиб печени. Прокурорская проверка по запросам депутатов Госдумы, представителей КПРФ, членом которой является осужденный, не нашла нарушений, связанных как с отказом Рожкову в возбуждении уголовного дела, так и в возбуждении дела против самого Рожкова за применение им насилия в отношении задерживавших его милиционеров, чьи физические и нравственные страдания остались широкой общественности неизвестны.

На два года лишения свободы за сопряженный с вымогательством коммерческий подкуп в 2008 осужден Олег Кочкин — главный редактор «Любимой газеты» (г.Кузнецк), единственного оппозиционного издания Пензенской области. На имя начальника областного УФСБ личное заявление подал сам губернатор В.Бочкарев. В обмен на отказ от публикации порочащих руководителя региона сведений Кочкин, имеющий на иждивении трех несовершеннолетних детей и тяжелобольную мать, требовал предоставления четырехкомнатной квартиры. В марте 2008г. газета вышла с вкладкой, содержавшей негативные материалы о деятельности губернатора за последние десять лет, через пять дней Кочкин был арестован.

В 2004г. пропал без вести Максим Максимов, сотрудник петербургского журнала «Город». Проходившие по делу об исчезновении офицеры «антикоррупционного отдела» ОРБ ГУ МВД оправданы судом присяжных. 2006г. — убит Вагиф Кочетков, тульский корреспондент газеты «Труд»; 2007г. – выпал из окна Иван Сафронов, корреспондент газеты «Коммерсант». В 2008г. Магомед Евлоев, владелец оппозиционного сайта «Ингушетия.ру», будучи задержан и отправлен на допрос, в дороге, по версии конвоиров, попытался отобрать автомат у одного из охранников и был якобы случайно застрелен. Суд приговорил виновного милиционера к 2 годам колонии-поселения по ст.109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности». В апреле 2009г. Ярослава Ярошенко, главного редактора ростовской газеты «Коррупция и преступность», жестоко избили в подъезде собственного дома, медики спасти его не смогли. Правоохранительные органы долго отказывали в возбуждении уголовного дела, настаивая на том, что погибший неудачно упал с лестницы. До сих пор не раскрыты убийства Политковской, Щекочихина, Эстемировой.

По официальной статистике Международной федерации журналистов только за прошлый 2011 год в России уголовному преследованию подверглись 42 журналиста, прозвучало 66 угроз, 92 журналиста подверглись нападениям за свою профессиональную деятельность.

«Четвёртая власть» в России сегодня в большинстве своём в подпевках у государства, верная слуга чиновничьей касты. Диктат «денежных мешков» и незащищенность от произвола привели к вымиранию жанра журналистских расследований, недостаточному освещению сколько-нибудь актуальных вопросов. Утрачен важнейший механизм общественного контроля за теми, кто в силу своего положения призван обеспечивать конституционные права и свободы, эффективно распоряжаться бюджетными средствами.

Критики власти оказываются всякий раз «злоумышленниками» и «преступниками». Критика сама по себе как-то незаметно стала «непорядочностью», дефилирующей на грани Уголовного кодекса.

В случае с Ковязиным в подавлении профессионального сообщества журналистов властями сделан следующий шаг. Теперь даже не обличение, а просто фиксация событий, картинки, которая может быть негативно встречена общественностью, сохраняющей способность к самостоятельным выводам — «серьёзное преступление». Прозвучал сигнал не быть в ненужном месте в ненужное время. Многие призадумаются.

Мало что ли материалов для публикаций? Личная жизнь «звёзд», веяния моды, кроссворды, реклама, «Слово губернатору или мэру», некрологи…

Игорь Олин, «Вятский Наблюдатель» - 5 сентября 2012г.




Архив публикаций    
Читайте также:

19/10/2013 «Болотное дело»   -   Главное /

АКЦИЯ В ПОДДЕРЖКУ ДОНБАССА:

Сбор гуманитарной помощи осуществляет движение Интербригады (от Лимонова).

Введите сумму пожертвования и номер телефона:


ДА
Добавить комментарий:
*Имя: 

Почта: 

*Сообщение: 






Последние комментарии:



Портреты: Ирина Каховская

20 лет каторги за участие в боевой дружине, а в дальнейшем германским военным-полевым судом приговорена к смертной казни.




Рослаг: ИК-10 и ИК-13 Саратов; зоны красного беспредела

«По прибытии в колонию осужденные попадают в карантин, где прямо с этапа всех избивают. Причем сотрудники администрации действуют с пособниками из числа осужденных активистов. На протяжении всего пребывания в карантине с осужденных выбиваются явки с повинной. Днем и ночью идут избиения и пытки… Если осужденный попадает на дисциплинарную комиссию, то в порядке очереди должен в буквальном смысле бежать до кабинета начальника, в противном случае за это (если шагом) его избивают прямо в кабинете начальника… Также в колонии есть клетка (в дежурной части под лестницей), которую администрация использует в качестве пыточной. В клетке могут продержать несколько дней. Причем зимой в ней невыносимо холодно, так как двери на улицу не закрываются. К тому же снимают верхнюю одежду, делая пребывание в клетке совсем невыносимым».






Ссылки