Новости Дела и судьбы РосЛаг Манифесты Портреты Публикации Контакты
Главная / Публикации / 2010 / Февраль Поиск:
21 Марта 2009

На сутках

«Ну что, Дим, опять жалуешься? Мы тебя и так в лучшую камеру поместили, стараемся для тебя», произнёс майор, но с профессиональным интересом неторопливо прочитал протянутый ему очередной мой опус-иск в городской суд.

Майор - редкий тип в таком звании в Арзамасском УВД, который, по моему мнению, с пониманием относится к деятельности оппозиции. Иногда мне кажется, он с удовольствием встал бы в наши ряды и боролся бы с чиновниками на всех уровнях. «Ничего ты, Дим, не изменишь, ну, выебут начальство, а оно – кого надо. Тут такие деньжищи нужно из бюджета на ремонт этого спецприёмника. Ну, ты сам подумай - кто нам их даст…» - проводил меня до двери своего кабинета. Этот диалог произошёл после моих очередных семи суточных безделий в его не совсем уютном заведении, и я, расстроенный своим неустроенным бытом в камере, пришёл подавать очередную жалобу в наш справедливый городской суд - иск на бесчеловечные и жестокие условия содержания административно-задержанных. Подав иск, решил заодно закинуть дачку приятелю, который, получив свои 5 суток, в сердцах произнёс сквозь зубы: «с-сука», и это слово резануло по ушам судьи женского пола. От уголовной статьи его чудом спасли мольбы конвоиров, обращённые к оскорбленной судье: «дайте вы ему пятнашку, а то с бумагами не охота возиться». На том они и сошлись. Денис ушёл с 15 сутками, ментам не надо писать новые протоколы. С передачкой у меня возникли проблемы - молодой борзый стражник ткнул пальцем в табличку - «Передачи по вторникам и четвергам». Пришлось идти в кабинет к его шефу – майору, после подписи которого бедолага Денис таки получил свои сигареты. Да уж, не раз вспомнятся пророческие слова начальника.

Прошло меньше месяца. Опять у меня двое суток. Опять эти знакомые процедуры протоколов, осмотров перед водворением в камеру. Беседа с врачом, женщиной предпенсионного возраста. «Ну, посмотрите, Дмитрий Борисович, за кого вы боритесь - за алкашей, наркоманов, дебоширов, боритесь, чтоб им уютно сиделось» - с явно заметной обидой произнесла она. Видимо, в первую очередь влетело ей за мои жалобы, нашли крайнюю. «Да ладно, Павловна, правильно жалуется, молодец, давно пора эту богодельню прикрывать» - перебил её старший смены, капитан милиции, изымая мои шнурки и ключи. Насчёт богодельни - это круто сказано, подумал я, насколько точно это сравнение. В суде юристом УВД Беловой были предоставлены документы на здание спецприемника. Да это ж памятник архитектуры! Подвал здания (где и сидят нарушители) был построен аж до 1917 года, и только шапка (верхние этажи, облюбованные начальниками и участковыми) являлась «свежей» постройкой 1976 года. Привидения там, конечно, не ходят, но люди сказывают, камеры в которых сейчас ютятся по 10-15 человек, являлись кельями для монашек, где они в одиночестве молились. Самая большая келья около 12 кв. метров, ну а самая маленькая – 5 кв. метров, куда я и попал замаливать свои грехи, по точному определению ментов. Здесь надо отметить, что в последние годы администрация города стремится, чтобы Арзамас попал в Золотое кольцо России благодаря наличию огромного количества церквей. За короткий отрезок времени за счёт рейдерского захвата служителями культа всех объектов когда–либо имевших отношение к Церкви (впоследствии приспособленными «антихристами» под школы, больницы и тюрьмы), наш город оброс огромным количеством церквей и церковных гимназий. Ничего не имею против этого, но, Господи, обрати ты внимание наших батюшек на законно принадлежащий им подвальчик на территории УВД! Пусть с Вашей, Божьей, помощью снесут кабинеты блюстителей порядка и поставят там очередной золотой купол, а монашки и батюшки опять вернутся в камеры (тьфу ты – конечно в кельи)! Во дворе бы могли ставить свои скромные иномарки. А были времена (в 80 года прошлого века), люди сказывали, на пасху и в праздники приходили люди в рясах и кормили заблудших людей в камерах яичками и булочками.

Но вернёмся с небес на землю. Прихожу с суда - осталось ночку провести и на свободу. Сержант ведёт в камеру и сообщает: «Для тебя, Диман, один будешь жить тут, продезинфицировали, бактерицидной лампой обработали, намыли, вылизали, микробов перевели в другую камеру. Бери тумбочку и одеяло (с нуля, с этикеткой) и сиди, радуйся». Хоть и две койки - сижу один. В других камерах аншлаг - по 10-15 человек (при вместимости 5-6 человек). Утро. Досмотр. Теперь меня пытается подъебнуть врач – дезинфектор. Судя по её тону – это второй человек, которого «поимели» после моих жалоб. Пришлось спросить, пробовала ли она ходить в туалет в бачок (парашу) или спать в ледяной камере, питаясь на полу рядом с этим самым бачком. Меня поразил её самоуверенный лепет о том, что она и её близкие люди туда никогда не попадут. Гораздо больше порадовало понимание большинства милиционеров, которым по долгу службы, приходилось ухаживать за мной и другими арестованными и терпеть мои «капризы». Они с интересом читали «Друг народа». У нас прошла интересная дискуссия по статье «Уволить правительство». Пришлось в очередной раз услышать слова о том, что, кто бы не пришёл к власти, все будут грабить народ и набивать свои карманы. Это слышать неудивительно - все 20 лет правительство только этим и занималось. Но вывод один - люди в погонах также интересуются политикой, неравнодушны. В этом отношении очень колоритная фигура старшины Алексея. Этакий здоровяк, Алеша Попович из былин. Обязательно заглянет в камеру, спросит свежую оппозиционную прессу, подолгу беседует о политике, чиновниках, жизни. Сокамерники слушают, открыв рты, многое не понимая, иногда и не желая понимать. Безграмотность и наивность находящихся на сутках людей неприятно поражает. В последнее время среди семейных дебоширов в камерах появилась новые сидельцы – автомобилисты, те, кто нарушает правила дорожного движения, ездят без прав и пьяными. Дают судьи им щедро – иногда по 15 суток. Опять же по местной легенде отсидел водила–бизнесмен сутки, растрогался и дал денег на ремонт этой вонючей VIP-хаты. Первая мечта нарушителя – получить минимум, вторая попасть именно в камеру №7. Камера – сказка. Своя койка, матрац, светло, просторно. Начальник, раз увидев, как мы играем в нарды, сделанные из хлебного мякиша, принёс нам доску с нардами и шахматами. Но больше всего удивила последняя категория обитателей камер. Появилась на земле арзамасской не чудище непобедимое, а некая дознаватель Коновалова, которая своими злыми чарами – повестками - заманивает наивных добропорядочных нарушителей в свои сети. Люди просто вовремя не заплатили штраф или просто не хотели их платить. Повестка в почтовом ящике. Выкидывать её не стали, идут убеждать Коновалову, рассказывать ей о своих проблемах. Бах, а там засада. И ведут их в камеры, судьи опять же не жадничают – до 15 суток. Менты опять стонут - спецприемник не резиновый. Если поссал, подрался или перепил, но не в семье – есть шанс уйти из спецприемника со штрафом, кроме нацболов, хотя по протоколам они только этим и занимаются.

И в последней главе всё же хотелось помянуть «друга» арзамасских нацболов и всю его компанию - УгРо, которая занимается поставкой оппозиции в камеры, испытывая жесточайшую конкуренцию в лице участковых и постовой службы. Это «легендарный» человек – начальник розыска Ведешин. Человек, которого, по его словам, «боятся и уважают все урки и бандиты». Дмитрий Юрьевич с удовольствием «работает» с нацболами, любит проводить длительные профилактические беседы. Он доверительно хвастается тем, что нацбол Исусов не сидит только потому, что он, майор, этого не хочет. Пока не хочет. Его легко цитировать, так как он любит повторяться – то ли забывает, что это он говорил в прошлый раз, то ли мысль нравится. Становится скучно через полчаса после его трехчасовых лекций, зная все его тезисы про то, как смешно звучит «президент Гарри». Ему смешно, как я на него жалуюсь в УСБ, ведь там, по секрету, все его друзья. Каждый раз слушаю про нацболов-подонков вокруг меня, а типа ты, Иисусов, молодец. Надоели его просьбы «не вовлекать молодежь в экстремизм» и не портить им «светлое будущее». Постоянно обещаю ему не переходить некую грань и не трогать его сотрудников (при погромах). Его уверениям, что он меня не бил, а просто запихнул в машину на Марше в Нижнем, я уже начинаю верить. Особо же умиляют его попытки вербовать стукачей. Зная, как ревностно относится Ведешин к публикациям о себе, это отступление в статье посвящаю Вам, Дмитрий Юрьевич.

Исус из Арзамаса, «Трудодни» - #337, март 2009




Архив публикаций    
Читайте также:

26/02/2010 Дело Дмитрия Исусова   -   Дела / Дела и судьбы /

Добавить комментарий:
*Имя: 

Почта: 

*Сообщение: 




Последние поступления:


Последние комментарии:



Портреты: Владимир Маяковский

11 месяцев малолетки

В начале 1908 г Владимир Маяковский вступает в партию большевиков, подвергается арестам, 11 месяцев проводит в Бутырской тюрьме, откуда Владимир Маяковский освобождается в январе 1910 г. как несовершеннолетний.









Ссылки