18 Марта 2009

Об особенностях регионального спасения жизни умирающих

Сегодня ночью в Соликамской больнице умер 28-летний Дмитрий Смирнов, больной пневмонией. С нашей точки зрения, умер в результате бюрократических проволочек.

Правозащитный центр ранее сообщал о том, как Дмитрия Смирнова, больного пневмонией, продолжали держать под арестом и в бессознательном состоянии переправили в Соликамск, в то время как система исполнения наказаний не могла предоставить ему высококвалифицированной медицинской помощи. (читайте на нашем сайте www.prpc.ru материал от 21.02.2009 «Лечение в обмен на чистосердечное признание»). Правозащитный центр призывал правоохранительные органы сделать все возможное по спасению жизни этого человека.

А история такова. В сентябре 2008 года Дмитрию Смирнову определили меру пресечения - заключение под стражу. К судебному заседанию по продлению меры пресечения Дмитрий был уже серьезно болен, у него наблюдалась невнятная речь, отнимались ноги, но судья решила, что он симулянт и, сославшись на отсутствие медицинских документов, подтверждающих заболевание, продлила заключение под стражу. Адвокат Смирнова подал на это постановление кассационную жалобу. Между тем Дмитрия в бессознательном состоянии перевезли в ИК-9 г. Соликамска, где ему просто не могли оказать соответствующую помощь. Уже в понедельник 2 марта адвокат Дмитрия получил все соответствующие документы о невозможности оказания помощи в условиях тюремной больницы, и в этот же день было подано ходатайство об изменении Смирнову меры пресечения. В лучшем случае, такие ходатайства рассматриваются в течение недели.

Пермским региональным правозащитным центром 3 марта было отправлено обращение на имя председателя Мотовилихинского суда с просьбой об оказании содействия в незамедлительном рассмотрении ходатайства. В результате общих усилий Дмитрия Смирнова освободили из-под стражи.

Здесь стоит отметить работу сотрудников ГУФСИН, которые быстро предоставили все необходимые документы, а также работу Мотовилихинского суда в кратчайшие сроки рассмотревшего вопрос об изменении Смирнову меры пресечения.

Тем не менее, несколько дней Дмитрия не могли вывезти из ИК-9, в конце концов, вечером 10 марта его доставили в больницу № 3 города Соликамска. К этому времени вместо 70 кг. Дмитрий стал весить 35. Как выяснилось, в Соликамской больнице также отсутствует нормальное оборудование, но, главное, нет дорогостоящих антибиотиков. В больнице вообще мало, что есть, кроме двухмиллионного долга. Не оказалось этих антибиотиков ни в одной аптеке двух городов – Соликамска и близлежащих Березников. Родители Дмитрия Смирнова и правозащитники выясняли это частным образом, обзванивая аптеки. Чтобы спасти жизнь Дмитрия, его нужно было срочно доставить в Пермь, чему мешали бюрократические проволочки, теперь уже в сфере здравоохранения.

Сотрудники Правозащитного центра связывались со службами, у которых есть специальное оборудование для транспортировки таких больных, в ответ слышали лишь сакраментальные фразы о том, что надо направить соответствующие запросы, а потом согласовать ряд бумаг, и, вообще, за один день это не делается. А человек между тем умирал… Пока велись бесконечные переговоры с краевой клинической инфекционной больницей, с Соликамской городской больницей № 3, с отделением санавиации, с Пермским краевым территориальным центром медицины катастроф, пока решали, кто какую бумажку выпишет и подпишет, и кто возьмет на себя ответственность (а брать эту ответственность никому не хотелось), Дмитрий Смирнов умер в Соликамской городской больнице № 3.

Кто же виноват в смерти человека? Судья, который сразу не изменил тяжелобольному меру пресечения? Следователь, которая, по словам родителей Дмитрия, торговала возможностью лечения в обмен на чистосердечное признание? Неповоротливая бюрократическая система, неспособная к принятию быстрых решений о спасении жизни человека? Здравоохранение, нищета которого свидетельствует об отсутствии эффективного государственного управления? Поневоле создается впечатление о вечном нечеловеческом отношении к умирающему человеку, который никому не нужен. А нужно ли нам такое государство?

12.03.2009 г. утром, сразу, как стало известно о смерти Дмитрия, юрист правозащитного центра Гащенко М.С. выехала в г. Соликамск для ознакомления с материалами доследственной проверки и для копирования истрии болезни Смирнова.

Но:

-материалы проверки по нашему же заявлению следователь Соликамаского МРСО СУ СК при Прокуратуре РФ по Пермскому краю Луценко Д.В. не предоставил, так как собрался направлять их по подследственности.

-на вопрос о том, назначена ли СМЭ, следователь ответил — не вижу необходимости, он же сам умер, был в тяжелом состоянии.

-в связи с этим, Гащенко было сразу заявлено письменное ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы, сформулированы вопросы эксперту.

-историю болезни в Соликамской городской больнице ни заведующий отделением, ни главный врач не предоставили (только по запросу суда).

-после патолого-анатомического вскрытия родителям Смирнова тоже не предоставили историю болезни для ознакомления.

-Областная больница ИК-9 г. Соликамска — единственное учреждение, которое пока не испугалось предоставить копию истории болезни Дмитрия Смирнова.

-ФБУ ИЗ-59/1 на официальный запрос медицинских документов Смирнова не предоставило с февраля месяца.

Итог: исходя из имеющихся медицинских документов Дмитрия и объяснений начальника областной больницы ИК-9, врача патологоанатома, можно сделать выводы, что: до ареста Дмитрий не страдал инфекционными заболеваниями, не состоял на учете у специалистов, в августе проходил полное обследование, патологий не было выявлено. В ФБУ ИЗ-59/1 он заболел пневмонией, лечение ему не оказывали, лишь в феврале без сознания поместили его в стационар медсанчасти. Из стационара его вновь переводили обратно в камеру, где Дмитрий пробыл до тех пор, пока в коме его не отвезли в реанимацию Краевой клинической инфекционной больницы. По словам патологоанатома, уже тогда его нельзя было транспортировать. Но спустя 4 дня по распоряжению ГУ ФСИН по Пермскому краю, Дмитрия вдруг повезли из лучшей инфекционной больницы в Соликамскую тюремную больницу, где нет ни условий, ни оборудования, ни лекарств... Умирать.

В ИК-9 состояние Дмитрия после перевозки ухудшилось, он не приходил в сознание, развивался отек легких, произошло кровоизлияние в мозг. За неделю, Дмитрию с помощью медуправления ГУ ФСИН по Пермскому краю достали антибиотики, которые на время нейтролизовали бы инфекцию, сепсис. Но их хватило на 7 дней. За 3 суток инфекция к антибиотикам адаптировалась. И состояние вновь ухудшилось.

По дороге в городску больницу Дмитрий ещё узнавал родителей. Поздно вечером все сотрудники правозащитного центра искали по аптекам г. Соликамска и Березников антибиотики и транспорт для доставки Дмитрия обратно в Пермь. Но службы все не реагировали. Юрист Гащенко, понимая, что убеждением врачей не заставить двигаться, разослала в адрес всех медицинских учреждений, способных забрать и принять Дмитрия на лечение, письменные обращения. Затем, когда стало ясно полное безразличие — стали писать жалобы в органы здравоохранения, здравнадзор, прокуратуру. И вот, когда уже центр медицины катастроф собрался выехать в Соликамск для решения вопроса о транспортабельности Дмитрия, он не дожил до этого момента.

Сейчас предстоит война за медицинские документы Смирнова Д.Н., такая же, как и за его жизнь.

Пермский региональный правозащитный центр - 10/03/09

Архив публикацийЧитайте также:

18/03/2009 ВК-240/2. «Белый Лебедь»   -   Рослаг /